Московский городской суд, дело № 10-2364/2026 (Суд общей юрисдикции № 10-2364/2026 от 11.03.2026)

Апелляционное определение № 10-2364/2026 от 11 марта 2026 г. Московский городской суд (Город Москва) - Уголовное Судья фио Дело №10-2364/26 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ адрес 12 марта 2026 года Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе: председательствующего судьи гр. [обезличено], судей фио и фио, при помощнике судьи гр. [обезличено], с участием прокурора фио, осужденной ФИО1, защитника - адвоката гр. [обезличено], рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката гр. [обезличено] и осужденной ФИО1, и апелляционное представление государственного обвинителя гр. [обезличено] на приговор Преображенского районного суда адрес от 13 октября 2025 года, которым ФИО1, паспортные данные, гражданка Российской Федерации, замужняя, имеющая высшее образование, зарегистрированная в качестве индивидуального предпринимателя, работающая в ООО «Торговый Дом «Азия», зарегистрированная по адресу: адрес/19, ранее не судимая, осуждена по ч.3 ст. 30 ч.5 ст.291 УК РФ с применением ст.64 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с момента фактического задержания, то есть с 10 июля 2024 г., и до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. Мера пресечения в виде содержания под стражей оставлена без изменения. Приговором разрешена судьба вещественных доказательств. Заслушав доклад судьи фио, выслушав пояснения адвоката гр. [обезличено], осужденной ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора фио, поддержавшего доводы апелляционного представления и возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия У С Т А Н О В И Л А: По приговору суда фио признана виновной в покушении на дачу взятки, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение дачи взятки должностному лицу через посредника (в том числе когда взятка по указанию должностного лица передается иному физическому лицу), совершенное в особо крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от нее обстоятельствам. Преступление совершено в адрес, при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре суда. В судебном заседании подсудимая фио, согласно приговору суда, вину свою признала в содеянном раскаялась. В апелляционном государственный обвинитель гр. [обезличено] не оспаривая выводы суда о виновности осужденной и квалификации ее действий, полагает приговор подлежащим изменению. Цитируя положения ст. ст. 6, 60 УК РФ. Однако, считает назначенное наказание не отвечает целям предусмотренным ч. 2 ст. 43 УК РФ. Вопреки положениям ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ при назначении наказания суд не в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления ее роль, в связи с чем назначенное наказание фио является чрезмерно мягким и не будет способствовать исправлению осужденной. Просит приговор суда от 13.10. 2025 года изменить. Усилить ФИО1 назначенное наказание по ч. 3 ст. 30 ч. 5 ст. 291 УК РФ до 08 лет 6 месяцев лишения свободы со штрафом в размере десятикратном суммы взятки, а именно в размере сумма, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. В апелляционных жалобах адвокат гр. [обезличено] в интересах осужденной ФИО1 и осужденная фио не соглашаясь с приговором суда, ввиду его несоответствия выводов суда изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Считая, что судом первой инстанции были нарушены требования Общей части УК РФ, а именно: Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 09.07.2013 N 24 (ред. от 24.12.2019) "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях" указал, что для освобождения от уголовной ответственности за дачу взятки (статьи 291, 291.2 УК РФ), требуется установить активное способствование раскрытию и (или) расследованию (пресечению) преступления, а также добровольное сообщение о совершенном преступлении. Сообщение (письменное или устное) о преступлении должно признаваться добровольным независимо от мотивов, которыми руководствовался заявитель. Суд первой инстанции, обоснованно установив и признав смягчающим обстоятельством активное способствование осужденной раскрытию и расследованию преступления приходит к заключению об отсутствии оснований «необходимых для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности». Указанное заключение суд, соглашаясь с фактом обращения осужденной к сотрудникам ФСБ России, обосновывает тем, что поводом такого обращения послужило желание ФИО1 «вернуть денежные средства и избежать проблем». Такой вывод суда, по мнению защиты прямо противоречит вышеуказанной позиции Верховного Суда РФ об отсутствии юридического значения мотивации действий заявителя. Указанные обстоятельства подтверждаются исследованными в ходе судебного следствия материалами, авторы жалоб приводят собственный анализ материалам уголовного дела, считая что только информация, полученная от ФИО1 способствовала раскрытию, совершенного им преступления сотрудниками правоохранительных органов. Именно фио добровольно дала согласие на встречу с сотрудником ФСБ, сообщила об обстоятельствах произошедшего, помогла установить круг лиц, причастных к совершению преступления, указала номера машин, контактные телефоны, паспортные данные, предоставила в распоряжение сотрудника ФСБ переписку в телефоне, расписки и выразила готовность сделать аудиозапись фио Считает сторона защиты, что такие обстоятельства рассматриваются в качестве подтверждающих добровольность обращения заявителя в правоохранительные органы. Для подсудимой было также очевидно, что фио будет действовать в качестве должностного лица правоохранительных органов исключительно правовыми методами («в рамках закона»), о чём сам сотрудник ФСБ неоднократно ей сообщает. Таким образом, оснований полагать, что обращение ФИО1 к сотруднику ФСБ, то есть к должностному лицу, представителю органа, имеющего право на возбуждение уголовного дела, не было добровольным у суда не имелось, а потому фио должна была быть освобождена от уголовной ответственности на основании примечания к ст.291 УК РФ. Авторы жалоб считают, что назначенное судом первой инстанции ФИО1 наказание по своему виду и размеру является несправедливым вследствие чрезмерной суровости. Суд, приведя в приговоре и достоверно установив исчерпывающие обстоятельства, свидетельствующие о возможности исправления осужденного (ФИО1) без реального отбывания наказания, в том числе указав их (как бы это ни было парадоксально) в подтверждение отсутствия оснований для применения к ней положений ст.73 УК РФ, в основу своей позиции фактически положил вывод, что «исправление фио возможно лишь в условиях изоляции от общества». В дополнение к указанным в приговоре обстоятельствам суду при назначении ФИО1 наказания следовало бы учесть в соответствии с пунктом «и» ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельства смягчающего наказания не только факт активного способствования раскрытия и расследованию преступления «на первоначальных этапах предварительного следствия», но и факт изобличения и уголовного преследования других соучастников преступления, который нашёл своё отражение в даче фио обвинительных показаний в рамках судебного процесса военного гарнизонного суда, в результате которого фио (сотрудник ФСБ) и его сообщник были осуждены (Приговор Московского гарнизонного военного суда от 18.11.2024) за мошенничество в отношении ФИО1 и получили по три года условно. Таким образом, суд первой инстанции в основном правильно установив все существенные для назначения наказания обстоятельства по делу, признав их исключительными и позволяющими применить при назначении наказания ст.64 УК РФ, - пришёл к необоснованному выводу о невозможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания. Просят приговор Преображенского районного суда адрес от 13 октября 2025 года в отношении ФИО1 изменить, назначив ФИО1 наказание, не связанное с реальным лишением свободы. Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, судебная коллегия приходит к следующему. Вывод суда о виновности ФИО1 в покушении на дачу взятки, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение дачи взятки должностному лицу через посредника (в том числе когда взятка по указанию должностного лица передается иному физическому лицу), совершенное в особо крупном размере, основан на проверенных в судебном заседании материалах дела и подтвержден подробно изложенными в приговоре доказательствами, а именно показаниями: - показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля фио, подтвердившего данные на следствии показания (т. 1 л.д. 230-236, 239-243); - показаниями свидетеля фио, (т. 1 л.д. 217-220, 222-226); - показаниями свидетеля фио (т. 2 л.д. 11-17); - показаниями свидетеля фио, (т. 2 л.д. 20-26); - показаниями сотрудника ФСБ России фио оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что в ходе осуществления оперативно-розыскных мероприятий, получены сведения о причастности фио, который находился на должности старшего инспектора - ревизора 2 инспекции КРУ ФСБ России, к совершению преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, а фио - к совершению преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 291 УК РФ. В ходе оперативно-розыскных мероприятий, были получены аудиозаписи разговора ФИО1 с сотрудником ФСБ России. Поскольку в материалах были сведения о наличии признаков преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в действиях сотрудника ФСБ России фио, материалы проверки были переданы по подследственности в 51 ВСО СК России для принятия решения в соответствии с действующим законодательством.(т. 2 л.д. 42-45). - копией постановления от 3 мая 2018 г., из содержания которой следует, что производство по уголовному делу № 41701600044000038 по обвинению фио в совершении преступлений, предусмотренных п. «а, б» ч. 2 ст. 172, ч. 2 ст. 187, ч. 1 ст. 210, п. «б» ч. 2 ст. 173.1, п. «б» ч. 2 ст. 173.1 УК РФ, приостановлено по п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, в связи с тем, что фио скрылся от органов следствия и объявлен в федеральный розыск (т. 3 л.д. 126-129); - постановлением от 9 июля 2023 г., из содержания которого следует, что в связи с поступлением оперативной информации о передаче фио сотруднику ФСБ России фио взятки, принято решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» (т. 1 л.д.52); - справкой о проведении ОРМ «Наблюдение» от 9 июля 2023 г. и приложением к ней, из содержания которых следует, что в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия сотрудником ФСБ России фио были задокументированы сведения о передаче фио сотруднику ФСБ России фио денежных средств в качестве взятки (т. 1 л.д. 53-90); - протоколом осмотра предметов от 26 июля 2024 г., из содержания которого следует, что следователем был осмотрен оптический диск, содержащий полученные в ходе ОРМ «Наблюдение» аудиозаписи разговоров между фио и фио, между сотрудником ФСБ России и фио, свидетельствующие о том, что фио через фио передала денежные средства фио в качестве взятки для оказания помощи по уголовному делу в отношении фио, а именно для исключения из дела обвинения по ст. 210 УК РФ (т. 2 л.д. 151-177); - заключением эксперта № 3/188 от 16 мая 2025 г., из выводов которого следует, что в результате лингвистического исследования с учетом выявленных содержательных совпадений материалов разговоров 1 и 2 установлено, что речь в разговоре 1 (между фио и фио) и в разговоре 2 (между фио и фио) идет об одном и том же центральном событии - сотрудничестве фио с группой лиц, обещавших ей за вознаграждение решить важный для нее вопрос за денежное вознаграждение, часть из которого (10 миллионов) были переданы ею лично группе лиц, в состав которой входили в том числе фио и фио В результате проведенного лингвистического исследования материалов разговора 1 (между фио и фио) было установлено, что в нем речь идет о передаче денежных средств в размере десяти миллионов в качестве первой суммы, и восьми миллионов (вместо десяти обещанных), которые были заложены в ячейку. Денежные средства, со слов коммуникантов, были переданы «15 мая» группе лиц, в которую входили лица, названные как «Кашинский», фио, «Горяев», «Алексей» и адвокат Полтавский». Денежные средства предназначались за выполнение услуг, связанных с изменением меры пресечения для «всей группы» («фигурантов» уголовного дела) на «домашний арест хотя бы, чтобы могли там работать, если что-то делать». В разговоре 1 (между фио и фио) имеются речевые указания на то, что сотрудник ФСБ России «Кашинский» из десяти миллионов, полученных группой лиц, в которую он входил, за изменение меры пресечения для «фигурантов» уголовного дела «взял на свои нужды» денежные средства в размере «полтора миллиона». Согласно информации, содержащейся разговоре 1, условия договоренностей выполнены не были, мера пресечения изменена не была, ввиду чего фио потребовала вернуть денежные средства в размере десяти миллионов. Согласно разговору 1, часть суммы была возвращена (пять миллионов двести), на полтора миллиона «Кашинский» написал расписку. фио требовала у «Кашинского» вернуть полтора миллиона, а также недостающую сумму (согласно содержанию ее реплик, она твердо не уверена, с кого из лиц, причастных к данным договоренностям, следует требовать недостающую сумму). В результате проведенного лингвистического исследования материалов разговора 2 (между адресН. и фио) было установлено, что нем речь идет о передаче денежных средств от фио в размере 10 миллионов («десятки») первично (фио получается пообещала вот эту десятку первично»), «потом еще десятку, потом еще десятку». Денежные средства в размере 10 миллионов, со слов коммуникантов, фио были переданы им («Кашинскому» и «Горяеву») и лицам, названным как «Алексей» и «Дима». Денежные средства предназначались за выполнение услуги - «снять с розыска и выдернуть» («федерального розыска») мужа фио. В разговоре 2 (между фио и фио) имеются речевые указания на то, что фио из десяти миллионов, полученных группой лиц, в которую он входил, и требуемых Дихановаойк возврату, «на себя забрал» полтора миллиона («полторашку»). Согласно информации, содержащейся в разговоре 2, условия договоренностей выполнены не были, ввиду чего коммуниканты выражают понимание того, что они должны вернуть фио денежные средства. Согласно разговору, часть суммы была возвращена, на полтора миллиона «Кашинский» написал расписку, а также остается некоторая невозвращенная сумма денежный средств, которую, согласно материалам разговора 2, должен вернуть «Леша». В результате проведенного лингвистического исследования установлено, что, согласно материалу разговора 1, контакт (телефон) фио сотруднику ОСБ ФСБ России фио (коммуниканту «Г») дал его знакомый, названный именем «Димка». фио, заинтересованный в официальном взаимодействии с фио (с целью привлечения виновных сотрудников правоохранительных органов к ответственности), связался с фио, они назначили встречу. На встрече, зафиксированной в разговоре 1, коммуникант фио задает фио уточняющие вопросы, при этом фио инициативно поясняет подробности проблемной ситуации с невозвращенными ей средствами, выходя за рамки заданных фио вопросов. На момент осуществления разговора 1 фио (коммуникант «Д») при сообщении ею фио (коммуниканту «Г») информации, касающейся актуального для фио вопроса возврата денежных средств по невыполненной группой лиц услуге (по невыполненным договоренностям), не приняла решения сотрудничать официально, предоставить расписки, информация которых может помочь коммуниканту «I» «по закону» привлечь лиц к уголовной ответственности за совершенное преступление, осуществленное с использованием своего служебного положения. При этом приоритетным для фио является именно возврат денежных средств. Возвращение денежных средств фио считает малоперспективным. При сообщении ей информации о том, что имеющиеся в ее распоряжении расписки могут быть использованы против нее, а именно, что она может быть обвинена в уголовном преступлении за совершенные ею действия, фио выражает понимание и желание избежать проблем, и, согласно контексту, не стать обвиняемой вместо потерпевшей (т. 2 л.д. 64-134); - протоколом осмотра места происшествия от 19 мая 2025 г. и фото таблицей к нему, из содержания которых следует, что фио по адресу: адрес, указал место, где ему через фио 19 апреля 2018 г. фио передала денежные средства в размере сумма (т. 2 л.д. 3-10); - копией постановления о возбуждении уголовного дела от 3 июля 2024 г., из содержания которой следует, что следователем 51 ВСО СК России возбуждено уголовное дело в отношении фио и фио по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в связи с получением от фио денежных средств (т. 2 л.д. 182-184); - протоколом выемки от 26 июня 2024 г., из содержания которого следует, что в 51 военно-следственном отделе Следственного комитета РФ, по адресу: адрес, изъят мобильный телефон, изъятый в ходе обыска в квартире ФИО1 по адресу: адрес (т. 2 л.д. 195-198); - протоколами осмотра предметов от 10 сентября 2024 г. и 12 мая 2025 г., из содержания которых следует, что был осмотрен мобильный телефон «iPhone 13 Pro Max» (IMEI) содержащий электронные переписки, свидетельствующие о том, что фио через фио передала денежные средства фио в качестве взятки для оказания помощи по уголовному делу в отношении фио, а именно для исключения из дела обвинения по ст. 210 УК РФ (т. 2 л.д. 209-221, 224-237); - копией приговора Московского гарнизонного военного суда от 18 ноября 2024 г., из содержания которого следует, что в связи с получением от фио денежных средств, фио и фио признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и каждому из них назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года с применением положений ст. 73 УК РФ с испытательным сроком в течение 3 лет, со штрафом в размере сумма (т. 3 л.д. 117-123). Совокупность приведенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку, обоснованно признав их, относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными для правильного разрешения уголовного дела по существу. В судебном заседании все материалы проверялись, причины противоречий в показаниях допрошенных лиц и взаимоотношения между ними выяснялись, в приговоре указано, какие доказательства суд отвергает. Не согласиться с приведенной в приговоре оценкой доказательств у судебной коллегии оснований не имеется. Вопреки доводам жалоб, поддержанных осужденной и адвокатом выводы суда об ее виновности в совершении инкриминируемого преступления, соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции и подтверждаются совокупностью всесторонне исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре и признанных судом относимыми и допустимыми к существу рассмотренного дела. Судебная коллегия отмечает, что судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон; показания лиц, допрошенных в суде, а также, показания лиц на предварительном следствии, которые были оглашены судом на основании УПК РФ, изложены в приговоре в соответствии с протоколом судебного заседания и материалами уголовного дела; замечания защитника на протоколы судебного заседания рассмотрены судом в установленном законом порядке и мотивированно им отвергнуты. Доводы стороны защиты осужденной фио, аналогичные изложенным в жалобах, были предметом изучения судом первой инстанции, обоснованно им отвергнуты как несостоятельные, с приведением мотивов своего решения, с которым судебная коллегия соглашается, расценивая указанные доводы как избранный осужденной способ защиты от предъявленного обвинения. Доводы стороны защиты и осужденной, изложенные в апелляционных жалобах, направлены на их переоценку и признаются судебной коллегией несостоятельными. Оснований не доверять показаниям допрошенных по делу свидетелей у суда не имелось, а все доводы адвоката и осужденной, объективно не подтверждены доказательствами и опровергнуты судом первой инстанции. Как видно из протокола судебного заседания, председательствующий судья создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. В судебном заседании сторона защиты активно пользовалась правами, предоставленными законом, в том числе исследуя доказательства стороны обвинения и представляя свои доказательства, заявляя свои ходатайства, возражая против удовлетворения ходатайств стороны обвинения и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание. Заявленные сторонами ходатайства были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. По делу проверены все возникшие версии, а имеющиеся противоречия, в том числе, на которые делаются ссылки в апелляционных жалобах, судом выяснены и оценены. Выводы суда построены на допустимых и достоверных доказательствах и в соответствии с положениями статьи 88 УПК РФ их совокупность правомерно признана достаточной для постановления обвинительного приговора. Суд правомерно использовал в качестве доказательств по делу заключение проведенных по делу экспертиз. Суд правильно учел, что заключения экспертов отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, содержат полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные. Представленные на исследование материалы дела были достаточны для ответов на поставленные перед экспертом вопросы. Заключение экспертов суд оценивал во взаимосвязи с другими фактическими данными, исследованными доказательствами, что дало суду возможность положить их в основу приговора как доказательства, подтверждающее виновность осужденных. Все ходатайства о представлении доказательств, стороной защиты рассмотрены с соблюдением требований состязательности в соответствии с предусмотренной уголовно-процессуальным законом процедурой. Решения суда по ходатайствам, вопреки доводам жалоб, являются правильными, подтверждаются уголовно-процессуальными основаниями, которые усматриваются в материалах дела. Выводы суда, касающиеся оценки доказательств, основаны на надлежащем их анализе, убедительно аргументированы и не вызывают сомнений в своей правильности. Таким образом, при исследовании и оценке доказательств судом не допущено каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, ставящих под сомнение правильность установления фактических обстоятельств. Все положенные в основу приговора доказательства соответствуют положениям ст. 74 УПК РФ и собраны с соблюдением требований ст. 86 УПК РФ. Несогласие авторов жалоб с оценкой доказательств по делу, как письменных, так и показаний свидетелей, не является основанием для отмены приговора. Доводы стороны защиты о том, что денежные средства, переданные фио, предназначались для оплаты услуг юриста, были проверены судом первой, получили надлежащую оценку в судебном решении и обоснованно отвергнуты, поскольку они опровергаются совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, в том числе показаниями свидетелей на стадии предварительного следствия, содержанием телефонных переговоров между ними. Вопреки доводам жалоб, суд пришел к правильному выводу о том, что передача осужденной фио оговоренной суммы взятки, не свидетельствует о добровольном отказе от совершения преступления, обязательных условий для применения примечания к ст. 291 УК РФ не установлено, поскольку фио за благоприятное разрешение в пользу своего супруга фио, вопроса об освобождении его от уголовного преследования и исключения из окончательного обвинения квалификации по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 210 УК РФ, передала фио (выдававшего себя за посредника) денежные средства в размере сумма, что в соответствии с примечанием 1 к ст. 290 УК РФ является особо крупным размером, которое не было доведено до конца в результате действий последнего, который не намеревался передавать денежные средства должностным лицам следственных органов, на что рассчитывала фио, передавая деньги. Исходя из установленных фактических обстоятельств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о совершении фио покушения на дачу взятки должностному лицу через посредника за заведомо незаконные действия, поскольку переданные ею денежные средства предназначались для передачи должностному лицу, во избежание привлечения к уголовной ответственности, что соответствует разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях". Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 291 УК РФ. Обвинительный приговор в отношении осужденной фио соответствует требованиям ст. ст. 303 - 304, 307 - 309 УПК РФ. Вместе с тем, судебная коллегия приходит к выводу, что, давая правовую оценку деяниям осужденной фио, суд неправильно применил уголовный закон. Вывод суда первой инстанции о назначении фио основного наказания в виде лишения свободы, мотивирован и признается судебной коллегией правильным. Судом соблюдены требования ч. 1 ст. 62 УК РФ. Суд учел, что фио вину признала, в содеянном раскаялась, положительно характеризуется, кроме того, смягчающим наказание обстоятельством по делу суд в силу п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ признал активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, в связи с чем, при назначении наказания учел положения ч. 1 ст. 62 УК РФ. Суд правильно признал, всю совокупность вышеуказанных смягчающих обстоятельств, в том числе, в части поведения осужденной после совершения преступления, исключительной, существенно уменьшающей степень общественной опасности содеянного и пришел к обоснованному выводу о назначении фио наказания с применением ст. 64 УК РФ. Так, в этой связи, суд обоснованно учел поведение фио после совершения преступления в части фактически сделанного признания в совершении указанного преступления, признание фио своей вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, соответствующими положениям ст. 64 УК РФ. С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности, суд не нашел оснований для предусмотренного ч. 6 ст. 15 УК РФ изменения категории преступления на менее тяжкую, не находит таковых и судебная коллегия. Суд вопреки доводов жалобы мотивированно назначил виновной наказание в виде лишения свободы, и не нашел оснований для применения положений ст. 73 УК РФ. По смыслу ст. 43, 60 УК РФ наказание, как мера государственного принуждения, имеющая своей целью восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений, должно быть справедливым. При определении его вида и размера учитываются характер и степень общественной опасности преступления, и личность виновного. В соответствии со ст. 389.18. УПК РФ несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости. В соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд вправе принять решение об изменении приговора или иного обжалуемого судебного решения. Согласно ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его представителя. В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ при изменении приговора в апелляционном порядке суд вправе усилить осужденному наказание или применить в отношении его уголовный закон о более тяжком преступлении. Судебная коллегия приходит к выводу, что, давая правовую оценку деяниям осужденной фио, суд неправильно применил уголовный закон. В связи с чем доводы апелляционного представления об усилении наказания и в части назначении дополнительного наказания фио подлежат удовлетворению. В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 N 58 (в редакции от 18 декабря 2018 года) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", степень общественной опасности преступления устанавливается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, роли подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, от вида умысла. Обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание и относящиеся к совершенному преступлению, также учитываются при определении степени общественной опасности преступления. Судебная коллегия также учитывает, что эффективность уголовной политики в области обеспечения финансовой безопасности напрямую зависит от эффективности уголовно-правовых средств борьбы с преступностью. Исходя из высокой степени общественной опасности противоправных деяний, ее важности для государства в УК РФ установлена ответственность за преступления. Судебная коллегия учитывает и положения Стратегии национальной безопасности Российской Федерации, утвержденной Указом Президента РФ от 2 июля 2021 г. N 400, в которой, в частности, указывается на необходимость реализации мер, направленных на усиление роли государства как гаранта безопасности личности и прав собственности, повышение эффективности деятельности правоохранительных органов и специальных служб по защите основ конституционного строя РФ, прав и свобод человека и гражданина, совершенствование единой государственной системы профилактики преступности, обеспечение реализации принципа неотвратимости наказания за совершение преступления, а также на формирование в обществе атмосферы нетерпимости к противоправной деятельности (п. 41). По смыслу уголовного закона наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости ч. 2 ст. 43 УК РФ. Нормативное единство указанных правовых позиций свидетельствует о том, что при назначении справедливого наказания, суд должен учитывать обстоятельства совершенного преступления, мотив и цель преступления, последствия преступления. Именно эти характеристики образуют соответствие наказания характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Вместе с тем, указанные требования закона судом первой инстанций выполнены не в полной мере. Назначенное наказание, осужденной фио судом первой инстанции является явно несправедливым, вследствие чрезмерной мягкости, при назначении наказания суд не принял во внимание степень общественной опасности совершенного преступления, вид и форму соучастия в преступлении, наступившие последствия и способ совершения данного преступления. Суд первой инстанции явно переоценил значение положительных данных о личности осужденной фио, фактически оставив без надлежащего внимания характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства их совершения, роль и конкретные действия осужденной в совершении преступления, значение участия осужденной в его совершении для достижения цели преступления, и ее влияние на причиненный ущерб в особо крупном размере. Положения ст. 389.20 УПК РФ наделяют суд апелляционной инстанции полномочием изменить приговор или иное решение, принятое судом первой инстанции, при этом он вправе при наличии соответствующего повода усилить осужденному наказание или применить в отношении его уголовный закон о более тяжком преступлении (ч. 1 ст. 389.24, п. 2 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ). Таким образом, допущенные нарушения ст. 6, 43, 60 УК РФ привели к назначению фио, чрезмерно мягкого наказания, не способного обеспечить целей восстановления социальной справедливости, исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений, что искажает суть правосудия. Санкцией ч. 5 ст. 291 УК РФ в качестве дополнительных наказаний к лишению свободы предусмотрены штраф в размере до семидесятикратной суммы взятки. Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания обращено внимание судов на необходимость исполнения требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, имеется в виду, что справедливое наказание способствует решению задач и достижению целей, указанных в ст. 2 и ст. 43 УК РФ. Суды не должны допускать фактов назначения виновным наказания, которое по своему размеру является явно несправедливым как вследствие мягкости, так и вследствие суровости. Судебная коллегия приходит к выводу о назначении дополнительного наказания в виде штрафа осужденной, учитывает ущерб причиненный преступлением, ее возраст, состояние здоровья, возможность после отбытия наказания в виде лишения свободы, трудоустроиться, материальное положение, назначение дополнительного наказания в виде штрафа будет способствовать восстановлению социальной справедливости, и ее исправлению и профилактики совершению преступления. Нарушений конституционных прав при рассмотрении уголовного дела в отношении осужденного, а также норм материального и процессуального права, которые, в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ, могли бы послужить основанием отмены приговора суда, в том числе по доводам, приведенным в апелляционных жалобах, судебной коллегией не установлено. На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия, определила: Приговор Преображенского районного суда адрес от 13 октября 2025 года в отношении осужденной ФИО1 изменить: Назначить ФИО1 дополнительное наказание в виде штрафа в размере пяти кратной суммы взятки в размере сумма. В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление удовлетворить частично, а апелляционные жалобы – без удовлетворения. Реквизиты для перечисления суммы штрафа: Реквизиты Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по адрес для перечисления денежных взысканий (штрафов) и иных сумм, взыскиваемых с лиц, виновных в совершении преступлений, и возмещение ущерба имуществу Расчетный счет: <***> Корреспондентский счет: 40102810545370000003 Банк получателя: Главное управление Банка по Центральному федеральному округу/ УФК по адрес адрес (сокращенное наименование - ГУ БАНКА РОССИИ ПО ЦФО УФК ПО фио адрес) БИК: 004525988 Получатель: УФК по адрес (ГСУ СК России по адрес л/с <***>) ИНН и КП получателя: 7704773754/770501001 ОКТМО: 45376000 ОКАТО: 45286552000 КБК 417 1 16 03130 01 9000 140 «Штрафы, установленные главой 30 Уголовного кодекса Российской Федерации, преступления против государственной власти, интересов государственной службы в органах местного самоуправления» УИН 41700000000012961161 Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу путём подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции, постановивший приговор, а осуждённым, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии такого судебного решения, вступившего в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении - путём подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. Осуждённый имеет право заявить ходатайство о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. Председательствующий: Судьи: Суд: Московский городской суд (Город Москва) (подробнее) Подсудимые: ИП гр. [обезличено] (подробнее) Судебная практика по: По мошенничеству

Публичный судебный акт (обезличен), источник — sudact.ru. Не заменяет текст закона.

Московский городской суд, дело № 10-2364/2026

Толкуемые статьи