Спросить

Суд общей юрисдикции · № 842-О от 31.03.2026

Определение Конституционного Суда РФ, дело № 842-О

Толкуемые статьи

АПК РФ · ст. 27АПК РФ · ст. 28ГК РФ · ст. 237ГК РФ · ст. 1064ГК РФ · ст. 1080ГК РФ · ст. 1081ГК РФ · ст. 1180ГК РФ · ст. 237ГК РФ · ст. 1064ГК РФ · ст. 1080ГК РФ · ст. 1081ГК РФ · ст. 1180

ещё 10

ГК РФ · ст. 237ГК РФ · ст. 1064ГК РФ · ст. 1080ГК РФ · ст. 1081ГК РФ · ст. 1180ГК РФ · ст. 237ГК РФ · ст. 1064ГК РФ · ст. 1080ГК РФ · ст. 1081ГК РФ · ст. 1180

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 31 марта 2026 г. N 842-О ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ ТЕН МАРИНЫ КИМХАКОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 1 СТАТЬИ 237, СТАТЬЕЙ 1080 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, А ТАКЖЕ ЧАСТЬЮ 6 СТАТЬИ 15 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ПОРЯДКЕ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ИНОСТРАННЫХ ИНВЕСТИЦИЙ В ХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ОБЩЕСТВА, ИМЕЮЩИЕ СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ОБОРОНЫ СТРАНЫ И БЕЗОПАСНОСТИ ГОСУДАРСТВА" ВО ВЗАИМОСВЯЗИ СО СТАТЬЯМИ 27 И 28 АРБИТРАЖНОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Конституционный Суд Российской Федерации в составе гр. [обезличено] Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки М.К. Тен к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил: 1. Решением арбитражного суда, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, был удовлетворен иск заместителя Генерального прокурора Российской Федерации к ряду физических и юридических лиц, в том числе гражданке М.К. Тен, о признании сделок недействительными и взыскании ущерба; с М.К. Тен в счет частичного возмещения ущерба в пользу Российской Федерации взыскано принадлежащее ей имущество - доля в уставном капитале хозяйственного общества. При этом суды исходили, в частности, из того, что ответчики находились под непосредственным контролем иностранных инвесторов и осуществляли деятельность, представляющую стратегическое значение для обеспечения экономической безопасности государства, с совместным умыслом на нарушение законодательства, а также причинение водным биологическим ресурсам существенного ущерба. Кроме того, решением арбитражного суда, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, было отказано в удовлетворении заявления М.К. Тен к территориальному органу ФНС России о признании незаконным решения о государственной регистрации изменений, внесенных в единый государственный реестр юридических лиц, в отношении упомянутого хозяйственного общества в части смены единственного участника и возложении обязанности погасить регистрационную запись. М.К. Тен оспаривает конституционность части 6 статьи 15 Федерального закона от 29 апреля 2008 года N 57-ФЗ "О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства", согласно которой дела, связанные с нарушением требований данного Федерального закона, подсудны арбитражным судам. По мнению заявительницы, данное законоположение, рассматриваемое во взаимосвязи со статьями 27 "Споры, относящиеся к компетенции арбитражных судов" и 28 "Компетенция арбитражных судов по экономическим спорам и иным делам, возникающим из гражданских правоотношений" АПК Российской Федерации, противоречит статьям 46 (часть 1) и 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, произвольно расширяет сферу действия указанного Федерального закона на виды деятельности, не относящиеся к стратегическим, а также создает правовую неопределенность в вопросе о подсудности дел о возмещении ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам, по искам прокуратуры. Кроме того, М.К. Тен просит признать противоречащим статьям 8 (часть 2) и 35 (части 1 - 3) Конституции Российской Федерации пункт 1 статьи 237 "Обращение взыскания на имущество по обязательствам собственника" ГК Российской Федерации в той мере, в какой он создает неопределенность в вопросе оснований и процедуры изъятия долей в обществах с ограниченной ответственностью путем обращения взыскания на них по обязательствам должника, а также позволяет передавать имущество должника напрямую в собственность взыскателя без осуществления оценки и проведения торгов. Также заявительница просит признать не соответствующей статьям 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации статью 1080 "Ответственность за совместно причиненный вред" ГК Российской Федерации в той мере, в которой ее положения создают правовую неопределенность в основаниях возложения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения вреда на лиц, не принимавших непосредственного участия в промысле водных биологических ресурсов, позволяя не привлекать к ответственности лиц, которые непосредственно осуществляли добычу таких ресурсов. 2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. 2.1. Положение части 6 статьи 15 Федерального закона "О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства", - прямо относящее дела, связанные с нарушением требований данного Федерального закона, к подсудности арбитражных судов и рассматриваемое в том числе во взаимосвязи с нормами статей 27 и 28 АПК Российской Федерации, определяющими компетенцию арбитражных судов, - не содержит какой-либо неопределенности в части подсудности указанных дел, не определяет виды деятельности, относящиеся к стратегическим, и не может расцениваться как нарушающее конституционные права заявительницы в аспекте, указанном в жалобе. 2.2. Согласно пункту 1 статьи 237 ГК Российской Федерации изъятие имущества путем обращения взыскания на него по обязательствам собственника производится на основании решения суда, если иной порядок обращения взыскания не предусмотрен законом или договором. Данное законоположение, закрепляющее общее правило о судебном изъятии имущества у собственника, являющегося должником по обязательствам, и позволяющее оперативным способом восстановить нарушенные права кредитора по этим обязательствам, направлено на обеспечение баланса их интересов, достигаемого в том числе за счет гарантий, которые установлены процессуальным законодательством для сторон судебного разбирательства и позволяют последним на основе принципов равноправия и состязательности представлять доказательства, подтверждающие или же опровергающие необходимость применения названного способа защиты в конкретном деле исходя из его фактических обстоятельств. В свою очередь, действующее законодательство (пункт 3 статьи 340, пункт 1 статьи 349, статья 350, пункт 2 статьи 350.1, пункт 2 статьи 1180 ГК Российской Федерации; часть 1 статьи 69, части 1, 3, 11 и 12 статьи 87 Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" и др.) предусматривает в качестве правового последствия обращения взыскания на имущество его реализацию посредством продажи, допуская лишь в ограниченных случаях отступление от данного правила (например, в случае невозможности реализовать это имущество на публичных торгах или при наличии соглашения о судьбе этого имущества, достигнутого должником и взыскателем). Соответственно, оспариваемая норма пункта 1 статьи 237 ГК Российской Федерации, предполагающая реализацию имущества, на которое обращено взыскание, согласно установленным законодательством процедурам и требованиям, сама по себе не содержит неопределенности и не может расцениваться в качестве нарушающей конституционные права заявительницы в аспекте, указанном в жалобе. 2.3. В ряде своих решений Конституционный Суд Российской Федерации указывал, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину; тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статей 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации (постановления от 15 июля 2009 года , от 8 декабря 2017 года и др.). Кроме того, как было отмечено в Конституционного Суда Российской Федерации от 8 декабря 2017 года N 39-П, положения статьи 15 и пункта 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации в системе действующего правового регулирования не могут рассматриваться как препятствующие суду при определении размера возмещения вреда физическим лицом учесть, в частности, степень его вины в причинении вреда, а также иные существенные обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного дела. При этом часть первая статьи 1080 ГК Российской Федерации, регулируя вопросы возмещения вреда, причиненного совместными действиями нескольких лиц, в нормативном единстве с частью второй той же статьи и пунктом 2 статьи 1081 ГК Российской Федерации, также не исключает учета степени вины лица в причинении вреда при определении размера возмещения (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2017 года и от 25 апреля 2024 года ). Таким образом, рассматриваемые с учетом приведенных правовых позиций оспариваемые положения статьи 1080 ГК Российской Федерации, направленные на защиту прав потерпевших путем возмещения вреда, причиненного совместными действиями нескольких лиц, не предполагают их произвольного применения судом, в том числе при разрешении вопросов о привлечении к имущественной ответственности учредителей (участников) юридического лица, и не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы. При этом в деле с ее участием суды пришли к выводу, что руководители и владельцы ответчиков (юридических лиц) в данном споре, прикрываясь имущественной обособленностью и самостоятельной ответственностью юридического лица, недобросовестно использовали этот институт в противоправных целях для причинения вреда Российской Федерации, а возмещение причиненного ущерба за счет поименованных физических лиц обусловлено действиями самих этих лиц, которые имели право давать обязательные для хозяйственных обществ указания либо иным образом определять их действия. Установление же и оценка фактических обстоятельств конкретного дела, а также проверка правильности применения судами норм права с учетом данных обстоятельств к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относятся. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации определил: 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Тен Марины Кимхаковны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской гр. [обезличено]ЗОРЬКИН

Публичный судебный акт (обезличен), источник — sudact.ru. Не заменяет текст закона.